Что такое готовый бизнес? На сегодняшний день не существует однозначного понимания этого термина. В действующем гражданском законодательстве достаточно подробно раскрыт термин так называемого имущественного комплекса предприятий, который на самом деле может в себе бизнеса и не нести. Самый простой пример - предприятие-банкрот, которое продается целиком, без разделения на части. С точки зрения гражданского кодекса это имущественный комплекс, с точки зрения предпринимательства - это не бизнес.
Вопрос, что нужно сделать для реального появления механизмов продажи готового бизнеса, предполагает, что такого бизнеса у нас в стране нет, а это не так. В России этот бизнес есть и имеет несколько обособленных сегментов. С точки зрения предпринимательства существуют по крайней мере две рыночные модели продажи готового бизнеса. Первая модель еще недавно была достаточно популярна, это бизнес-модель компании-инкубатора - некоего инновационного центра, который выращивает компании внутри себя, чтобы потом их выгодно продать. Этот сегмент слабо развивается из-за отсутствия в стране венчурного капитала.
В случае второй модели определенное предприятие или набор юридических лиц (рыночно неэффективных) выкупается инвестором и реорганизуется для того, чтобы из набора юридических лиц сделать эффективный бизнес, продать его (целиком или частично) и получить прибыль. В обеих моделях конечной целью является получение максимальной добавленной стоимости.
Эффективность механизмов определяется достижением каких-либо целей, цель продажи - это именно продажа, факт ее осуществления. Механизм работает так, как ты его запрограммируешь. Но сам факт продажи не означает получения добавленной стоимости (такая цель может и не ставиться). Эффективность же бизнеса по продаже готового бизнеса определяется размером добавленной стоимости, полученной в результате продажи.
Понятно, что построение эффективного механизма - задача скорее технологическая, нежели предпринимательская, а построение эффективного бизнеса - и технологическая, и предпринимательская.
Эффективность второй модели можно проследить на примере крупных вертикально интегрированных нефтяных компаний. Когда процесс формирования вертикально интегрированных компаний только начинался, его основная цель заключалась в том, чтобы объединить в управляемую цепочку добычу, переработку и сбыт, другими словами - чтобы сосредоточить в одних руках максимальную добавленную стоимость. В результате небольшие добавленные стоимости на этапе добычи, переработки и сбыта были объединены в интегрированный бизнес, что вызвало мультипликативный эффект: собирая кусочки добавленной стоимости по всей вертикали, руководители получили не арифметическое сложение, а новый бизнес.
Однако вопрос эффективности не исчерпывается фактом получения добавленной стоимости. Когда предприятие работает на жестко регулируемом рынке, оно вынуждено действовать по правилам, устанавливаемым государством. В случае с нефтяным рынком это особенно очевидно: если предприятие занимается экспортом нефти по трубе по тарифам, устанавливаемым государством, то это, конечно, бизнес, но бизнес внутри жесткой модели, с точки зрения предпринимательства бизнесом вообще не являющийся. Объединение компаний в вертикально интегрированную структуру повышает возможности компании в области внутренних инвестиций. «ЛУКОЙЛ», пошедший по пути вертикальной интеграции, построил собственный нефтяной терминал, собственные трубопроводы: возросшая доля добавленной стоимости позволила компании инвестировать средства в создание собственной инфраструктуры, которая ранее была только государственной и регулировалась исключительно государством.
Безусловно, такого рода механизмы, приводящие к появлению в стране эффективного собственника, России нужны. Эффективный собственник строит свой бизнес так, чтобы он приносил максимальную добавленную стоимость. А государство заинтересовано в ней не менее самого предпринимателя.
И чем дальше, тем больше этот бизнес будет развиваться: никаких серьезных налоговых и законодательных ограничений для этого не существует. Самая важная поддержка в этом вопросе, которая может быть оказана государством, - это разработка и принятие нормальных механизмов регистрации прав на недвижимость.
Бизнес по продаже готового бизнеса будет развиваться именно потому, что сейчас потихоньку исчерпываются другие рисковые сектора. А рисковый сектор крайне доходен. Чем выше риск, тем выше премия за риск. Когда рынки успокаиваются, падает доля риска, падает и премия за риск. На фоне общей стабилизации этот сектор будет все больше привлекать внимание. Риск этого бизнеса связан с большой вероятностью ошибки при оценке объема инвестиций, необходимых, чтобы подготовить бизнес к продаже. Велика вероятность просчитаться и вложить больше, чем будет последующая отдача. При этом в России сегодня достаточно мало консалтинговых команд, которые могут реализовать эту задачу. Рынок консультантов по продаже готового бизнеса только формируется. Привлечение же на такие проекты дорогих консультантов часто нецелесообразно, если соотнести масштабы задач со стоимостью ресурса.
